внутренней стороне бёдер. Долго выдержать подобной сладостной пытки Матсумото не могла и шумно финишировала, выгнувшись всем телом. Ичиго поднялся над кроватью и поцеловал девушку в щёку:
— Мне никогда не надоест это делать…
— Поганец…
Ичиго обнял Рангику:
— Ты мне нравишься.
— Я всем нравлюсь.
— Все могут и потерпеть, а я не буду.
Рангику отвернулась, так как лицо её внезапно запылало от стыда, смущения и удовольствия. Она притянула Ичиго к себе и поцеловала, а малец, воспользовавшись случаем, увеличился до своей нормальной формы и подхватил Рангику на руки:
— А теперь — в душ! — они переместились мгновенно. Рангику даже пискнуть не успела…
Иссин по этому поводу закатил самую настоящую комедию. Ичиго невозмутимо шёл, за его спиной краснела и отводила взгляд Матсумото. В кабинете Хицугаи стало внезапно людно. Иссин картинно расплакался и продекламировал:
— Вы так хорошо смотритесь вместе! Матсу-чан, как Ичиго? — он выразительно поиграл бровями.
Матсумото хмыкнула:
— Настоящий мужик, не то что некоторые, — она не знала, как ответить, так что спряталась за маской нахального ехидства.
Иссин расхохотался, хотя было заметно, уязвлён. Кьёраку, сидящий на диване, похлопал в ладоши:
— Так, закончили цирк, не маленькие, сами разберутся со своей личной жизнью. Давайте думать, как нам спасти Рукию Кучики, казнь вот-вот начнётся…
— Казнь будет завтра, — Иссин мгновенно посерьёзнел, — значит, сделаем всё в самый последний момент?
Ичиго вышел вперёд:
— Ша, братва, это я тут дивер, так что доверьтесь мне. Сегодня ночью две моих копии воспользовались кое-какими техниками, так что мы выяснили полный состав предателей. Канаме Тоусен, Ичимару Гин, Соске Айзен. Мой план следующий — завтра с утра кое-кто кое-что начнёт подозревать и я устрою им встречу. Нам необходимо временно нейтрализовать капитанов, так что — пойдём на бой. Тоусена встретит Комамура Сайджин, с Ичимару сразится с Зараки Кенпачи, Капитан двенадцатого отряда будет нейтрализован иными средствами, Сой Фон возьмёт на себя Йору-тян, Унохана не будет участвовать.
— А Яма-джи? — спросил Кьёраку.
— С этим зловредным дедом я сражусь сам.
— Он тебя раскатает, — уверенно сказал Кьёраку.
— Я в этом сильно сомневаюсь, — я криво усмехнулся, — я мог бы его нейтрализовать более тихим методом, но предпочту открыто бросить ему вызов.
— Кто тогда будет спасать Рукию? — спросил отец.
— Ты и Мама, Укитаке и Кьёраку. Вам двоим я доверю сражение с Бьякуей. Способности мамы к абсолютной остановке смогут нейтрализовать даже пламя рюджиндакки или лепестки сенбонсакуры, вместе с твоими атакующими возможностями вы можете раскатать Бьякую, который вне всякого сомнения, захочет сразиться с вами. Вы дадите капитанам достаточно времени, чтобы вытащить Рукию. А пока что мама осваивает банкай, будем ждать…
В башне отчаяния было тихо. Скрипнула дверь, тьму башни прорезали лучи света, осветившие внутреннее убранство аскетичной камеры — ничего внутри не было, ничего. Только одна заключённая. Рукия выглядела более подавленной чем когда либо. Зашли незнакомые люди и застегнули ошейник на шее заключённой, надели наручники и повели её к месту казни. Идти было недалеко… Рукия впервые за долгое время увидела свет дня и постаралась насладиться в последний раз. Ветер гулял в волосах, было приятно и тепло. Рукия слегка улыбнулась.
На казнь пришли далеко не все капитаны. Только Сой Фон, Унохана, Бьякуя, главнокомандующий и капитан Хицугая, множество прислали вместо себя лейтенантов. Рукия не понимала, почему её казнят именно таким образом, ведь так принято казнить только капитанов или лейтенантов… Но это меньшее из всего, что её заботило. Её грубо втолкнули на платформу — руки развело в стороны и прижало к каменным основаниям. Перекладина Соукиоку была высоко над нею. Главнокомандующий вышел вперёд и спросил, есть ли у неё последние желания.
Рукия отрицательно покачала головой. И начали высвобождать занпакто…
Соукиоку был весьма сильным занпакто, но его единственной целью было уничтожение сильных существ, выглядел он как огненная птица-феникс. С меча сняли ленту, скрывавшую лезвие и вырвалось бушующее пламя, всех вокруг обдало жаром. Рукия успела попрощаться мысленно с собой и своей жизнью, как откуда-то сзади послышался громкий взрыв. Что-то происходило в Сейрейтее. Она даже немного разочаровалась.
В этот момент огненная птица начала разгоняться, перед рукией появился… Ичиго. Ичиго не нуждался в опоре, стоял на рейши, он выглядел довольно надменно. Огненная птица приближалась и Ичиго резко развернулся, выставив руку. Он сконцентрировал в ней количество реяцу и Силы, в разы большее, чем есть у всех капитанов вместе взятых, в духовной форме это было сделать легко — тело не повреждалось. Ичиго выставил руку и Феникс влетел клювом прямо в неё — Рукию обдало жаром, птица нелепо махнула крыльями, но Ичиго не сдвинулся ни на миллиметр, пробить его защиту пташка была не в состоянии. Он схватил птицу-занпакто за клюв и использовал удар, предельно напитав тело энергией камня, рука его осветилась фиолетовой энергией и удар, нанесённый по клюву, отбросил занпакто-птицу на несколько сот метров, заставив пропахать землю. Феникс лежал и не подавал признаков жизни.
Присутствующие здесь же капитаны были ошарашены — остановить сильнейший занпакто голой рукой и ударом выбить из него дух — это что-то за гранью реальности. Такого просто не могло быть, потому что не могло быть никогда. Омаэда как всегда шумно возмущался, а Сой Фон просто поражённо молчала, с главнокомандующего слетело безразличное выражение лица и он посмотрел на дерзкого мальчишку, который прервал казнь. Ичиго схватил Рукию и в этот момент на поле появились новые действующие лица. Резко сорвался со своего места Хицугая, вышли из Сюнпо Укитаке и Кьёраку, Рядом с ними была знакомая физиономия Шибы Иссина, за его плечом стояла рыжеволосая женщина с мягкими чертами лица, чуть поодаль стояла Шихоуин Йоруичи.
Расклад резко поменялся — теперь капитаны готея были в меньшинстве, ведь против них выступили трое капитанов готея и двое бывших капитанов, а так же две фигуры с неизвестным уровнем сил. Но видя Ичиго, главнокомандующий посчитал, что его можно считать равным капитану по силе. Рукия возмутилась:
— Что ты делаешь, придурок?
— Спасаю тебя, разве не видно?
— Отпусти меня!
— Те что, жить надоело? — Ичиго схватил Рукию за пояс и поднял над головой, с силой кинув в сторону Кьёраку и Укитаке. Рукию поймал Укитаке, он подхватил Рукию на руки, как невесту, и кивнул Кьёраку. Оба скрылись с поля боя. Расклад изменился, теперь можно было сразиться. Сой Фон, увидев предмет своего обожания, богиню поступи, Йоруичи, стиснула зубы и рванула к ней с недобрыми намерениями, тем временем Иссин подошёл к Бьякуе, уже обнажившем меч и сказал:
— Ты хотел убить подругу
